Рекламный баннер 900x60px top
ВалютаДатазнач.изм.
USD 15.04 75.68 -1.5709
EUR 15.04 90.54 -1.3771
Архив номеров

Как жили, выживали и других от смерти спасали

2015-02-03

Перед приходом немцев было проведено собрание колхозников. На нем сказали, что враг жестокий, язык надо держать за зубами, иначе можно навлечь беду на все село, а еще необходимо убрать и спрятать хлеб. Все поля разделили на делянки, к приходу немцев все старались убрать и спрятать урожай.

Мария жила с мамой и старшим братом Семеном. Мимо дома проходила проселочная дорога в с. Сергиевку. За трое суток до прихода немцев по дороге шла живая стена (женщины, старики, дети, гнали животных). Потом начались взрывы, стрельба, потом раздались рев машин, чужая речь. 

Коров и овец семья вывела со двора, сами спрятались в погребе. Вылезли на вторые сутки. Было тихо, коровы и овцы стояли возле хаты. Через две недели немцы забрали поросенка. А еще через несколько дней приехали на двух мотоциклах, требовали мясо, яйца, масло, мед. Семен указал на кур и сказал: "Мясо – вот, а мед – в ульях". Перестреляв всех кур, фрицы ринулись за медом, а когда их стали жалить пчелы, начали палить по ульям. Этим они только больше разозлили пчел, те буквально облепили их,  жалили. Немцы убежали, забыв про кур и про мед. Больше мародеров не было.

Когда по хуторам стали забирать молодежь для отправки в Германию, к матери обратилась соседка, чтобы помогли спрятать ее дочь Марию Дудченко. Тогда брат Семен очень хорошо придумал: сказал, чтобы девушку одели потеплее, принесли подушки, овечий тулуп и два литра самогона. Почистил в хлеву у овец, вывернул тулуп наизнанку одел его на Марусю, а овец напоил самогоном. Когда немцы заглянули в хлев, овцы и прыгали, и падали, и лежали вповалку. С ними вместе лежала Маруся, но поскольку она была в овечьем тулупе ее не заметили. Так спасли Марусю от отправки в Германию.

Однажды в хату на носилках принесли раненого советского подполковника. Оставили термометр, перевязочный материал, лекарства. Брат Семен перевязывал раненого, поил теплым молоком с медом. Возле дымохода на чердаке соорудили постель, ночью офицер спал в хате, днем лежал на чердаке. Однажды пришел полицейский и предупредил, что скоро в дом придут с обыском. Семен настелил соломы на сани, положил подполковника и увез его в соседний хутор Левада. Мать завернула в холст письма, фотографии с фронта и закопала в снег. 

Потом за подполковником на хутор приехали солдаты и забрали его. 

В 1945 году к ним заехал солдат, поздравил с Новым годом и передал от подполковника, дяди Володи , посылку. Там были печенье, шоколад, сахар, консервы, спички, мыло, цветные химические карандаши, блокноты. Красивая шаль для мамы, губная гармошка, ботинки и складной ножичек – для брата Семена, голубое платьице и белые туфельки – для Марии. Этими карандашами, на этих блокнотах она писала, когда после оккупации пошла учиться в школу, а карандашами еще писала, учась в институте и даже работая. А туфельки и платье она надела на 9 мая 1945 года и пошла на митинг, посвященный Дню Победы. 

Когда советские войска в начале 1943 года начали наступать, немцы стали покидать наши места. Вначале уезжали немецкие чиновники. Семен отвозил двух таких "панов" в конце января 1943 года. Он подумал: раз они отступают, могут и его либо убить, либо забрать с собой в Германию. Поэтому он направил лошадей в сторону посадки, сам выпрыгнул в кювет и только через трое суток пришел домой, отморозив лицо, руки и ноги. 

Летом 1943 года в доме помещика Коробкова был госпиталь. Однажды в школу пришел военврач и сказал, что в госпитале лежит тяжелораненый офицер, у которого пробиты обе почки. Хорошо бы ему свежего, качественного меда. Мария принесла рамку с медом и сказала, что если бы у нее была посуда, она бы больше дала. Ей  передали трехлитровую банку, и на следующий день она принесла в госпиталь еще меда.  И сказала начальнику госпиталя, что если будет посуда, то будет носить каждое утро молоко. Ей дали две двухлитровые банки с закручивающимися черными крышками. Семен сплел корзинку из хвороста и сделал ремень из овечьей шерсти. В этой корзине каждое утро она носила в госпиталь молоко. Когда соседка, бабушка Алена Беденко, узнала, что она носит молоко в госпиталь, то принесла для раненых сито оладий и кувшин сметаны. Она часто передавала в госпиталь блины, пироги, варенье. Другие соседи передавали яйца, морковь, лук, чеснок, семечки. Бабушка Наташа Цыганкова передала кусок свинины. Дедушка Романченко с хутора Левада – большой кусок  масла. Перед октябрьскими праздниками 1943 года девочку позвали к начальнику госпиталя. "Там сидели два парня и девушка, – подробно рассказывает Мария Васильевна. – Начальник сказал: «Это старший лейтенант Антон, которого ты спасла. Его приехали навестить брат и сестра". Антон встал на колени, поцеловал ей руки и вручил пачку из 10 шоколадок. Сестра повесила на шею изящные часики на цепочке, повязала на шею красивый, невесомый платочек. Брат подарил шкатулку, украшенную ракушками. Начальник госпиталя дал по куску хозяйственного мыла для мамы и бабушки-соседки. Из подаренных 10 шоколадок пять было припасено на Новый год. 

Под Новый, 1944-й, год мы получили посылку, когда ее открыли, то брат Семен воскликнул:  "Вот это да! Вот это чудо!». В ящике были пакеты с сухофруктами, красные, оранжевые и желтые шары. Хата наполнилась сказочным, волшебным ароматом. Мы прыгали, жонглировали шарами. В письме, которое было в посылке, было написано, что шары съедобные. На Новый год пили топленое молоко и ели порезанные на кусочки вместе со шкуркой фрукты. Желтые фрукты нам не понравились, тогда Семен полил их медом и мы их тоже съели. Это были хурма, апельсины, лимоны, мандарины..."

В Рождественской (красной) семилетней школе, в здании которой в настоящее время находится Музей истории КМА, училась с января 1944 года. В школе было холодно, не было учебников, учебных пособий, писали на газетах и старых книгах между строк. Чернила, которые делали из сажи и разводили водой, хранила в связанном из шерсти футляре, под мышкой. 

Слово "Победа» Мария услышала в  школе. 9 мая 1945 года классный руководитель Софья Ивановна вошла в класс и объявила: «Победа!». Все запрыгали, захлопали в ладоши, закричали: «Ура!». Успокоив всех, учительница сказала: «Сегодня занятия отменяются. Расходитесь по домам и по дороге всех известите о том, что в 12 часов у здания сельсовета состоится митинг".

Мария выскочила из школы и понеслась домой на Птичий хутор (около 4 км), через Новоселовку, Леваду. Бежала и всю дорогу кричала: "Победа!!! Все на митинг в 12 часов у сельсовета!». Возле своей хаты она тоже громко крикнула: «Победа!". Отец, только что вернувшийся с войны после тяжелого ранения в голову, стоял с топором во дворе. Топор выскользнул из  рук, отец сел на землю и заплакал. Мать поднималась из погреба по лестнице с кувшином молока. Услышав, она разрыдалась. Все пошли на митинг. Такого веселья, радости, таких ликующих лиц Мария больше никогда не видела. Это был поистине всенародный праздник.

...В 1952 году, когда Мария заканчивала институт, Семен в это время дослуживал в Краснодарском крае (до этого служил в Германии) в станице Улыбинская. Когда подал рапорт на увольнение, то с ним долго беседовал полковник, спросил, не ходила ли его сестра в госпиталь? Семен ему обо всем рассказал. Полковник сказал: "Раненый старший лейтенант Антон – это был я». Он передал большую коробку шоколадных конфет, а его жена – духи «Красная Москва". Шофер-солдат принес большой чемодан и поставил перед Семеном.

Семен приехал домой под Новый год. Встретить Новый год из Курска приехала и Мария. Семен всех позвал и открыл чемодан: "Вот это да! Вот это чудо!» . В чемодане были «шары-фрукты" – хурма, апельсины, лимоны, мандарины, а еще шампанское, коньяк .

Рудоманова М.В. Шкатулка.

334

Оставить сообщение:

Полезные ресурсы
Рекламный баннер 300x250px rightblock
Рекламный баннер 900x60px bottom